Как снять курицу с гнезда

Вот и настал тот долгожданный час: первое кукареку из новенького, еще пахнущего сосновой стружкой, курятника, следом и первое яичко с собственного подворья, а за ним другое, и еще одно. Радости нет предела, но! Всегда есть «но». Из счастливого поедателя свежего омлета мы можем превратиться в несчастного владельца упертой птицы, которая вдруг решила стать мамой. Взъерошенные перья, грозный клекот и весьма серьезные нападки, следствием которых будут синие защипы и кровоточащие царапины на ваших руках, превратят вашу еще вчера такую милую и любимую курочку в исчадие ада. Нет больше свежих яичек по утрам, а вечно взъерошенная чертовка будет приставать к остальным курочкам, выпихивая их из гнезд. Она будет силой захватывать чужие яйца и, как бесноватая, защищать их собственным телом. Возвращаясь с работы вечером, мы будем снимать уже насиженное яйцо, да не просто снимать, а добывать ценой собственной крови. Вот тут и возникает один из часто задаваемых вопросов: «Что делать?» Что же делать, если у нашей курочки гормоны зашкалили, и она решила, во что бы то ни стало, сделаться мамой, а мы этого не хотим.

Обыкновенный альбатрос

Когда разговор об альбатросах принял серьёзный оборот, я незаметно ускользнул из комнаты и направился к книжному шкафу за томиком Брэма, надеясь окончательно разрешить все сомнения по поводу сущности этой солидной птицы. Что мне всегда нравилось в «Жизни животных», так это глубокие психологические характеристики зверей вместо скучных криминальных сводок с размерами тварей, числом костей и зубов у них, устройством пищеварения и особенностями рождения детёнышей. Так, привлекая сведения внимательных и умных очевидцев, об альбатросе старина Брэм писал следующее:

В его движениях не заметно ни малейшего напряжения, а только сила и выносливость, соединенные с красотой. С истинной грацией плывет он по воздуху, наклоняясь из стороны в сторону, скользя над самыми волнами; затем взвивается в вышину и парит там с одинаковой свободой и легкостью. Полет его так быстр, что через несколько мгновений после того, как он только что был вблизи корабля, его видишь уже далеко, поднимающимся и опускающимся вместе с волнами. В бурю он летает как по ветру, так и против него, носясь жизнерадостно над гребнями волн, поднятыми завывающей бурей.

Следующее замечание как раз подходило для нашего спора.

Зато на суше он теряет всю свою грацию и подвижность и неповоротливо держится на палубе корабля, подвергаясь здесь, по утверждению Пехуэль-Леше, морской болезни.

Конечно, оставались сомнения, что Пехуэлю-Леше просто не повезло со спутником во время морской поездки. Тогда я перешёл к следующим строкам, вызвавшим тоже немало разногласий.

Об умственных способностях альбатроса трудно составить себе определенное понятие, так как жизнь его находится совершенно в особых условиях. Неустрашимость, с которой птица эта приближается к человеку, и бессмысленная отвага, проявляемая ею в некоторых случаях, не свидетельствуют еще об ее слабоумии.

Дальше следовало пояснение, основанное на рассказах моряков и вступавшее, по мнению некоторых, в противоречие с предыдущим отрывком.

Жадность альбатроса превосходит его осторожность; если он голоден, то часто раз 6-8 дает поймать себя на удочку и, выпущенный на свободу, еще с окровавленным клювом тотчас же снова бросается на приманку.

Усыпав такими богатыми сведениями собеседников, я, гордый и довольный, ушёл с книжкой к себе.

P.S. А в университетские годы я, помню, читал в библиотеке замечательный «Журнал министерства народного просвещения» и, не найдя ничего важного по моей теме, стал просматривать другие разделы. Так я наткнулся на статью об утконосах. Радости моей не было предела, я даже соблазнил всех рядом сидящих в читальном зале следующими восхитительными строками.

Орниториг (так именуют утконоса на латыни) любит спокойную воду речных заливов и бухт; плавает и ныряет с отличной лёгкостью; питается водяными насекомыми, гусеницами и речными раковинами… Ловкость и понятливость его развиты в довольно высокой степени.

Журнал министерства народного просвещения. СПб., 1848. Ч. 58. № 4. Отд. VII. C. 21–22.

Khao Kheow Open Zoo

Khao Kheow Open Zoo

Пучеглазый символ птичьего вольера в зоопарке Кхао Кхео обладает поразительным сходством с попугаем Кешей. Зоопарк и его обитатели: www.klisunov.ru/travel/khao-kheow

30 мая 2011

В этом году очень много уток. Натыкаюсь на них повсюду, в самых необычных местах. Они такие спокойные и деловые. Стоят гордые, клювом не поведут, хотя видно, что заблудились.

Мой итальянский друг, приехавший в Москву, отметил неожиданные размеры и упитанность наших местных ворон. Когда одна такая хамоватая ворона, тяжело переваливаясь, беспардонно перешла нам дорогу, он аж присвистнул от удивления.

Птички

Парочка

Ещё на заходе в бухту Портофино слышались какие-то истошные крики. Когда я очутился на набережной, то звуки стали отчётливей. Поскольку в Портофино набережная короткая, то очень скоро я обнаружил эту безумную птичку, которая орала возле мужичка, принимающего душ. Я как знатный авгур такие безумства всегда трактую в свою пользу.

Ворон

Был тут недавно тёпленький пыльный денёк в Москве, который мы с Диманом полностью проходили по родному городу. Прогуливаясь вдоль реки, петляя по переулкам, ножками мы протопали от дома до Кремля. Упившись променадом лишь у здания ИТАР-ТАСС, мы завернули на троллейбус, покинув центр. Надышавшись пылью (гадковато пока без зелени), я после на пару дней впал в полурастительное состояние: ничего не делал, ел да читал. Сейчас решил посмотреть, что мы там наснимали, что интересного видели.

Ещё практически в самом начале пути встретили здорового ворона, штурмовавшего решетчатый забор ботанического сада МГУ, пытаясь, судя по метке на лапке, вернуться домой.

Наконец, ему это удалось.

Ворон