31 октября 2009 г.

Я иногда — да почти всегда — читаю несколько книг одновременно. Совершенно разных. Никаких затруднений не испытываю, не теряюсь. Вообще никогда в книгах вроде не терялся, даже закладками не пользовался.

В самых интересных и насыщенных разговорах удавалось говорить одновременно о трёх-четырёх темах, переходя связно и спонтанно и беспорядочно от одной к другой. Да и случалось это нечасто, в самых задушевных и откровенных беседах с друзьями. На этой неделе и особенно сегодня число тем, всплывающих одновременно и наслаивающихся одна на другую, превысило все нормы. Причём сейчас я только начинаю вспоминать, что было в начале и какая логическая связь существовала между моей сумкой и нью-вэйвом, гладиаторами и мандариновыми деревьями, обращением планет по орбитам и парфюмерной выставкой. А ведь это был вроде связный диалог образованных людей с чистыми медицинскими справками.

Прекрасный вечер

30 октября 2009 г.

Prologue.
Я назвал из средних подсчётов вплоть до минуты время встречи и приехал ровно секунда в секунду. Я даже не ожидал. Похвастался.

А вообще я сегодня впервые был в консерватории. Балеты, оперы, концерты — всё это бывало и прежде, но вот консерватории я прежде не посещал. Я боялся, что мне наскучит, потому что музыку всегда воспринимаю больше фоном, иногда вникая чуть глубже в композиции или произведения, но не прекращая основного занятия. И если бы я пошёл один, то наверное спёкся бы или не знал, чем занять руки, глаза, неслушающие музыку части мозга. На самом деле всё прошло приятно и даже забавно. Оказалось, что залипать стали первыми проверенные любители музыки. То ли от нарастающей духоты, то ли от музыки постепенно неожиданно начали впадать в дрёму некоторые зрители. Мы сидели в последнем ряду и поэтому отлично видели, как то тут, то там откидывалась очередная голова. Ближе к концу светились одни затылки. Может, они просто устраивались поудобней. Хотя один зритель точно впал в лёгкий сон, поскольку даже прихрапнул, чем, правда, тотчас же и разбудил себя.

Мото-фото

26 октября 2009 г.

Тоже так фотографировал. Главное — не рухнуть не скорости.

Дайджест

25 октября 2009 г.

Изобразил только что крик чайки и понял, что я это уже когда-то делал. Дежа вю.

В метро от Комосомольской до Вернадского напротив меня сидела среднеазиатская пара и все двадцать с лишним минут пути перебирала внутренности двух телефонов. Они меняли аккумуляторы, переставляли карты памяти и симки, после втыкали наушники, слушали улыбаясь секунд тридцать, потом переносили всё назад. Уехали на Юго-Западную, продолжая свои эксперименты.

«Русское бедное» всё же посещено в последний день. Правда, пришлось пройти ещё через ряд сомнительных инсталяций.

Трамвайные пути

25 октября 2009 г.

Действующие.

Расходящиеся.

Забытые.

Афера

25 октября 2009 г.

Значит, сегодня была подготовка какой-то комичной аферы в летнем домике на окраине одного маленького тропического городка. У меня была куча подельников, но все совершали какие-то кривые глупости, роняли вещи, шумели, не закрывали плотно двери, вносили жуткие коррективы в план — одним словом, это был самый настоящий кошмар. Я даже не помню, какой был точно план, но салат из капусты играл в нём не последнюю роль. Я проснулся, как всегда, на самом интересном месте, потому что начал задыхаться. Сейчас сижу прямо у балкона, вдыхаю свежий воздух.

10 рублей

23 октября 2009 г.

Только что впервые получил в виде сдачи новую десятирублёвую монетку. Я, конечно, удивился, несмотря на то что натыкался в интернете на её облик и ссылки на скорое появление. До конца я всё же не верил, что это уже готовое дело и монетки ходят по рукам. И да, кстати, — деньга позорная!

«Русский» магазин

22 октября 2009 г.

Однажды я посетил в Милане «русский» магазин. Вообще все подобного рода магазины за границей — это такие осколки, даже ущербные остатки советских Универсамов, давно переделанных в Москве в «Перекрёстки» и «Рамсторы». Эта ностальгия по застою столь живуча потому, как я думаю, что свалившие на Запад люди помнят всё русское таким. Безжизненные полки с едой, страшные банки, которые и в Москве-то уже не продаются, пресные консервы, несчастные пельмени, стелажи с дисками Аллегровой и Буйнова (твою мать!), русские азбуки с иллюстрациями, сделанными олигофренами и калеками, — впечатление, что всё это собрали со свалки за разорившемся придорожным ларьком. Для полного кретинизма такие магазины называют исключительно «Калинками».
Одного посещения этого заведения мне хватило на полный ворох мерзких и постыдных воспоминаний.

Вечером у Кайроли

21 октября 2009 г.

San Agostino

20 октября 2009 г.

San Agostino — насколько я знаю, единственная в Милане станция метро, на которой пути расположены один над другим. Станция, на которой всё время воняет мочой у эскалатора.

А ещё в этом году в Милане запустили новые вагоны метро. Там механические тётки пробуют теперь объявлять названия станций ещё и на английском языке. При этом перегоны бывают настолько малы, что роботётка не успевает договорить.

Я всё еще учусь

19 октября 2009 г.

Всегда с недоверием относился к слову «студент». «Студент» для меня это что-то жалкое и бесполезное, хнычущее и трясущееся. По-русски я никогда не говорил «Я студент», а предпочитал форму «Я учусь в…»
Теперь вот я столкнулся с пока безобидной для меня формой «Я аспирант». Я сам увидел своё имя в списке зачисленных и получающих 1500 рублей в месяц — трёхчасовой оклад старательной филиппинской уборщицы в Милане. Посмотрим, что из этого выйдет.

Ночные виды

17 октября 2009 г.

Соскребаю неопубликованные фотографии.
Вроде как вид с балкона в кабинете.

И чуть повыше.

И в другую сторону.

О путешествиях

17 октября 2009 г.

Впервые за настоящей границей я побывал весной 1997 г. Я помню, с какой гордостью я принёс объяснительную записку в школу (я тогда заканчивал 7 класс), в которой всех учителей уведомляли, что я не буду посещать уроки неделю в связи с отъездом в Испанию. Я создал прецедент, поэтому все были смущены и не знали, как реагировать.
Первые выезды, большая часть которых пришлась на пятилетку 1997–2002 гг., были такими традиционно туристическими — ну, знаете, стада отдыхающих, автобусы, сборы под табличками в аэропортах и тому подобное. Меня же больше влекло к настоящей жизни, поэтому я разглядывал надписи, табличики, вывески, местную рекламу, наблюдал за поведением местных жителей, особенно за сколплениями на остановках. Настоящим событием было посещение местного магазина или выход на контакт с обычными людьми. К сожалению, в таких случаях облик и simple English всё равно выдают туриста, поэтому погружения в загадочный мир незнакомой страны не происходит. А ни на испанском, ни на итальянском языке я в то время и не думал говорить. Самым запоминающимся был разве что выход за покупками в маленький продуктовый в Париже в году 2001. Космополитичная французская столица позволяет быть немножко иностранцем, но не выдавать своей гостиничной приписки. Я сам покупал сок и какие-то плюшки, стоял в очереди за старушками, платил франками — молча, правда, — складывал в пакет, словно каждый день закупался здесь. Это было здорово, но это всего лишь эпизод. Одним словом, недостатки туристических выездов я понял рано.

Всё изменилось, когда я попробовал «Гербалайф» поехал учиться в Грецию. Тогда-то все мои мечты о полном погружении реализовались. Я готовился вместе со своими подругами жить, как минимум, два месяца в незнакомой стране, но зная язык, правда. Когда мы приехали смотреть первую из предложенных квартир в Афинах, и выгрузились из такси к подъезду дома, я понял, это Лондон, детка! здесь бурлит настоящая жизнь.

Хотя ту квартирку мы не взяли и предпочли поселиться в доме, недалеко от пляжа. И не прогадали, ибо в жару в центре просто невозможно находиться, а тащиться всякий раз к морю — утомительно.
Итак, я получил всё, что хотел: дикую жизнь, походы по магазинам, общение с людьми, собственноручное мытьё ванны и вынос мусора, общественный транспорт, наконец, — всё, как у взрослых. Единственное, во что я не погрузился, — приготовление пищи. Здесь я доверился ресторациям и кафе, изредка балуясь с сыром и салатами дома.

С тех пор уже три года подряд я уезжаю на лето в Европу, набираться опыта, смотреть мир, развивать языки и просто жить. И я заметил, что в отелях останавливаться уже не могу, непривычно стало и чуждо, не получаю никакого удовольствия. Даже не из-за денег — нет. Просто почувствовал соль жизни на месте. Не туристом, а жителем. Видишь город и страну с другой стороны загона. И уборщицы не будят. В греческих отелях, например, не всегда есть табличка «Не беспокоить», поэтому вваливаются свободно, через пять секунд после стука в дверь. Даже подготовиться не успеваешь. Но это всё глупости, главное, в отеле чувствуется пустота. Последний раз я останавливался в отеле в Мюнхене и переживал это достаточно мучительно.