Сергей Клисунов

Однажды в самолёте я несколько часов просидел рядом с дурно пахнущим человеком. А ещё прежде в троллейбусе за мной сидели какие-то косматые подростки с убийственным запахом. А ещё… Немытые потеющие граждане не чувствуют собственного запаха, беззаботно свыкаясь с ним и не осознавая невыносимости своих ароматов для окружающих. Нужно обладать определённой стойкостью и беспристрастностью, чтобы не делить грязь на свою и чужую. Не попадайтесь в ловушку избалованного снисхождения к себе. Ваша грязь такая же, как и у других. Мойте шею и уши, даже если вам кажется, что они чистые. И как бы вы это не скрывали, помните, что воротнички рубашек всегда сдадут вас с головой.

Сегодня я, наконец, сплю в кровати. И кондиционер рядышком.

Я добрался до Бангкока. 8 часов в Дохе оказались совсем несложными. Наоборот, я наблюдал, как затухает, спит и резко пробуждается весь аэропорт. Сначала скученно прибывают японские пассажиры, вышагивают свежие высокие голоногие немцы, откуда-то плетутся арабы в хитонах, за ними гуськом трясутся жёны, завёрнутые с головы до ног, индусы в брюках, тонких рубашках навыпуск и кроссовках тоже напряжённо выглядывают из своего кружка. Лишь негры не спали и бодрствовали, как я, всю ночь. Только я тихонечко смотрел фильмы, а они гоготали, как кони, на весь зал. По купону в ночном кафе мне дали тарелку картошки фри, кучу пакетиков кетчупа к ней и стакан пепси. Салфетки, соломинка, да и сама картошка, такое ощущение, уже принадлежали кому-то до меня.

Полёт до Бангкока прошёл в человеческих условиях. Совершенно другой сервис, персонал сверхучтивый, разве что за ухом не чешет. А в салоне ноги можно вытянуть, куча места, но всё равно за 6 часов через все позиции для сна пройти успеваешь. Наблюдать всё это время нечего. Море, море, пальма Джумейра в Дубае с высоты выглядит, как разрезанный поперёк рыбный скелет, море, море, облака.

В Бангкоке таксист покружил по городу, много чему научился, катая меня.

Вышел в город. Первая мысль: воняет. Вторая: Боже мой, как жутко воняет! Вдоль тротуаров аккуратно разложены рядами мешочки с песком. Ждут большую воду с севера. Мешочки кончились и снова воняет. Но есть и очень мощные плюсы: Doublemint продаётся в каждом магазинчике за 5 рублей пачка. Люди улыбаются, кланяются, хватают за руки и тащат на массаж, рядом кипит ночная жизнь. Вообще очень цветасто: строгий неон банков, лиловые и зелёные такси, оранжевые композиции маленьких будд в подворотнях, красно-синие вспышки баров. Очень сочно и приятно, только воняет. Завтра посмотрю, каков Бангкок в дневном свете. Если, конечно, подниму себя.

Печальная фантастика обычно рисует будущее тёмным и сырым. Непременно грязные лужи и всегда сумеречно. Что-то подобное мне снилось сегодня.

Утром юркий весенний ветерок принёс от каких-то соседей, видимо, запах квашеной капусты. Несвежей.

А меня всё тянет вести субтропический аристократически выутюженный образ жизни. Это когда белые штаны, солнце отражается от мраморных плит, пышная растительность распускается вверх фонтанами, умные книги на элегантном полосатом шезлонге и апельсиновый сок в стеклянном изогнутом графине.

В Италии, стране кофе, когда отказываешься от предлагаемой к бриошам за завтраком или после ужина чашечки, официант всегда смотрит на тебя с недоумением и даже порой подозрительно.

Я кофе совсем не пью уже несколько лет. А что пил когда-то в перерывах на первых курсах, и кофем-то сложно назвать. Но головокружительный запах настоящего кофе, который на тебя набрасывается, лишь только открываешь створку холодильника, — это, пожалуй, самый приятный и тонизирующий аромат.