Впервые за настоящей границей я побывал весной 1997 г. Я помню, с какой гордостью я принёс объяснительную записку в школу (я тогда заканчивал 7 класс), в которой всех учителей уведомляли, что я не буду посещать уроки неделю в связи с отъездом в Испанию. Я создал прецедент, поэтому все были смущены и не знали, как реагировать.
Первые выезды, большая часть которых пришлась на пятилетку 1997–2002 гг., были такими традиционно туристическими — ну, знаете, стада отдыхающих, автобусы, сборы под табличками в аэропортах и тому подобное. Меня же больше влекло к настоящей жизни, поэтому я разглядывал надписи, табличики, вывески, местную рекламу, наблюдал за поведением местных жителей, особенно за сколплениями на остановках. Настоящим событием было посещение местного магазина или выход на контакт с обычными людьми. К сожалению, в таких случаях облик и simple English всё равно выдают туриста, поэтому погружения в загадочный мир незнакомой страны не происходит. А ни на испанском, ни на итальянском языке я в то время и не думал говорить. Самым запоминающимся был разве что выход за покупками в маленький продуктовый в Париже в году 2001. Космополитичная французская столица позволяет быть немножко иностранцем, но не выдавать своей гостиничной приписки. Я сам покупал сок и какие-то плюшки, стоял в очереди за старушками, платил франками — молча, правда, — складывал в пакет, словно каждый день закупался здесь. Это было здорово, но это всего лишь эпизод. Одним словом, недостатки туристических выездов я понял рано.
Всё изменилось, когда я попробовал «Гербалайф» поехал учиться в Грецию. Тогда-то все мои мечты о полном погружении реализовались. Я готовился вместе со своими подругами жить, как минимум, два месяца в незнакомой стране, но зная язык, правда. Когда мы приехали смотреть первую из предложенных квартир в Афинах, и выгрузились из такси к подъезду дома, я понял, это Лондон, детка! здесь бурлит настоящая жизнь.
Хотя ту квартирку мы не взяли и предпочли поселиться в доме, недалеко от пляжа. И не прогадали, ибо в жару в центре просто невозможно находиться, а тащиться всякий раз к морю — утомительно.
Итак, я получил всё, что хотел: дикую жизнь, походы по магазинам, общение с людьми, собственноручное мытьё ванны и вынос мусора, общественный транспорт, наконец, — всё, как у взрослых. Единственное, во что я не погрузился, — приготовление пищи. Здесь я доверился ресторациям и кафе, изредка балуясь с сыром и салатами дома.
С тех пор уже три года подряд я уезжаю на лето в Европу, набираться опыта, смотреть мир, развивать языки и просто жить. И я заметил, что в отелях останавливаться уже не могу, непривычно стало и чуждо, не получаю никакого удовольствия. Даже не из-за денег — нет. Просто почувствовал соль жизни на месте. Не туристом, а жителем. Видишь город и страну с другой стороны загона. И уборщицы не будят. В греческих отелях, например, не всегда есть табличка «Не беспокоить», поэтому вваливаются свободно, через пять секунд после стука в дверь. Даже подготовиться не успеваешь. Но это всё глупости, главное, в отеле чувствуется пустота. Последний раз я останавливался в отеле в Мюнхене и переживал это достаточно мучительно.
