Сергей Клисунов

Суп с котом? После этой фразы вы, как все, полагали, что потом вам подадут похлёбку, сваренную из кота? Или же, подобно мне, понимали всё извращённо и всерьёз верили, что вскоре вам предстоит приятный обед вместе с котом; что вы войдёте в огромную гостиную со слегка приглушенным светом, посреди которой будет стоять крепкий и широкий деревянный стол, покрытый плотной белой скатертью, с большой пузатой супницей в самом его центре; что накрыто будет всего на двоих: на вас и на кота, терпеливо дожидающегося начала обеда и в деликатно скрываемом беспокойстве аккуратно поправляющего лапкой суповую ложку? Да, наверное, моё воображение вырисовывало маловероятное времяпровождение потом, но самое главное — оставляло на выбор вид супа.

В детстве я не очень понимал и не любил всякие поговорки, присказки и прочие едкие замечания, подобранные вроде как из осколков народной мудрости. В принципе, я весьма презрительно отношусь к ним и поныне, но тем не менее… Я долго не понимал замечание «в Тулу со своим самоваром не ездят» и настороженно наблюдал за самодовольно ухмыляющимися людьми, которые, по их мнению, ловко вворачивали эту фразу во время диалога. У нас был самовар, я его очень любил. Он был блестящий и пузатый. Больше всего, конечно, мне нравилось поворачивать краник и наливать всем кипяток в чашки. Но я и представить не мог, что можно одеться, взять самовар под мышку и куда-то с ним поехать. Тем более в Тулу. Туда мне не хотелось и без самовара.

Со временем мне популярно объяснили смысл этой фразы, хотя убедить в необходимости её употребления не удалось. Зато позднее я открыл схожие идиомы в других языках. Так, древних греков предостерегали возить сов в Афины, а британцам не советовали тащить уголь со всей страны в Ньюкасл. Последнее замечание, к слову, казалось мне наиболее полезным из всех прочих. Полагаю, и в других языках или регионах существуют такие поучительные поговорки, но пока что они мне неизвестны.

Монегаски — вообще какое-то индейское название для европейского народа. Кажется, краснокожие, черноволосые, в кожаных штанах, с томагавками, крадутся. А на деле — всякие добродушные пузатые дедушки с бокальчиками вина за столиками в сухой тени каменных переулков.
Неевропейское название, ох неевропейское.

Консервированный лосось встречает меня в бархатном пурпурном халате, оглядывая холодным рыбным глазом через монокль. Он держится достойно, раздевается, ложится в банку и закрывает за собой крышку.

В случае крайней нужды я буду поставлять всяким отплодоносившим писателям персонажи и образы под заказ.

Для жёсткой спортивной драмы я предложил человека с трудной судьбой, но сильным характером. Ярви Отлягу — эстонский бегун с препятствием. Именно бегун с препятствием. У него перекладина сквозь голову проходит. Его даже в трамвай не пускают. Грубо говоря, даже в ванную зайти не может. Поэтому всю жизнь на стадионе. Моя фантазия уже было дорисовала его небесно-голубые спортивные трусы и даже начала отчётливо различать номер на белой майке, когда меня грубо прервали.

Самое неприятное слово в английском языке — harassment. Во-первых, нет в нём, конечно, ничего английского, достаточно лишь поковырять палочкой в его этимологии. Во-вторых, оно жуткое по звучанию. Напоминает какой-то страшный дикий обряд, где что-то непременно отрезают. Всякий раз, когда слышу, мне представляется, что в тихий светлый зал с мраморными полами вбегает одуревший бородатый ассасин в тюрбане, размахивая ятаганом. Неприятное слово.

Я придумал приятелю, который нацелился написать роман, крепкий литературный образ — купца по имени Пафнутий Сиська. Большой широкий человек с маленькими тёмными глазками, в безразмерной малиновой рубахе, бородат, на вид неуклюж, но на деле гибкий, как кот, крадущийся по полке с хрустальной вазочкой. Он спокоен и могуч. Его фамилия ясно говорит читателям, что никакие пересуды и издёвки не выведут его из себя, не остановят на пути к намеченной цели.

Ещё хотел предложить коварную обольстительницу. Какую-нибудь Софью Геноцидову, склонную к бесстыжествам поэтессу с томным взглядом и долгами по квартплате.

Но вот что-то романа никак нет. Такие богатства пропадают.

Я поддался и всё-таки посмотрел этого «Доктора Хауса», про которого мне всё время рассказывали.

Я «Хауса» смотрю,
Совет твой восприняв.
Фигня какая-то:
Всё время кто-то болен.

От скуки решили отныне с приятелем переписываться в изящной форме.

Нелепицей стихов обмениваться впредь
Лежащим на душе я предлагаю вам.

Пока так:

Чиханья чередой я разразился ныне.
Прошу меня простить, я вытираю нос.

Или так:

Смотрю журнал испанский
С прекрасной на обложке
Какой-то смелой дамой,
Чья грудь обнажена.

Когда говорят «креативный», я всегда слышу «кретин».

Повышенное внутречерепное давление. О-о-ой. Меня жмёт уже от «черепного». Мерзко как! Ненавижу диагнозы. Их звучание только способно привести в ужас.
И что же? Оказывается, нужно внутреннее спокойствие и отсутствие переживаний, чтобы не усугублять. Обалдеть! Это вроде всем нужно. Но секрет в том, что всем это нужно само по себе, а в данном случае, чтобы в голове ничего не случилось. Мне даже представлять страшно, что там внутри будто какая-то независимая организация с сосудами, кровообращением, давлением. И что из-за своих неудобств они могут мне устроить перформанс с отключением мозгов.

Отключить голову. Это почти приговор. Ещё повезло, что к больной голове пришито мощное сердце. Можно, правда, таблетками загоняться, и вроде тогда переживать позволят немножечко. Но это как-то совсем по-ненастоящему.

По материалам телефонного разговора с другом
У тебя — депрессия,
У меня — апатия.
Наши жизни весело,
Друг мой, мы растратили.

Зато с полпинка
Я выиграл в бесконечную игру «Числа»!
Количество строк — 10
(Ага, можно, как выяснилось, и быстрее)

Стихоложество — иначе назвать весь этот сумбур, неожиданно и моментально родившийся у меня в голове, я не могу.
Так сказать, дань Эйвонскому лебедю и русской музыкальной культуре.

Ария
И стражники смерти стоят за плечом,
Желанием мести мертвец увлечён,
Из ада поднялись вверх столпы огня:
«Мой бра-а-а-а-ат… убил меня!»

Nautilus Pompilius
И побледневший, испуганный странною вестью,
От тайны растерян, как будто от страшного сна,
В поисках дяди он ходит, охваченный местью,
Путаясь в комнатах замка без духа отца.

Александр Серов
Но лишь укроет замок ночь
Отца дух вижу вновь и вновь.
О-о-о, папа!
Твой взор печалью полных глаз
Приблизить призывает час…
О-о-о, расплаты!

Сплин
Как течёт по замку мёртвая вода,
Не прочтёшь ты в мудрых книгах никогда.
Не узнаешь никогда ты, что мой брат
Мне, как Гонзаго, заготовил страшный яд.

+ bonus (пирожок даже получился)
Аукцыон
Я видел, кто-то за окном
Ходил у башни, будто смерть,
Собачки спрятались в чулан.
Я сразу понял, это папа.