Я уже не раз плакался на грязь. Но у меня какая-то жуткая аллергия на весеннюю пыль. Чихаю беспрерывно, глаза слезятся. Зелени пока нет, а кругом лишь подснежный мусор. Покатался сегодня на трёх троллейбусах и трёх маршрутках. Поварился в липком вареве Мосгортранса. Теперь чувствую себя плевком, свалявшимся в грязи.
Кстати, объявление «Перевозка стоящих пассажиров запрещена» в маршрутке только меня пугает? Все остальные читают, как и задумывалось автором запрета?
Потеплело, и я стал выползать на вечерние прогулки. Но недалеко, конечно. Всё по исхоженным вдоль и поперёк дорожкам.
Тут всё по-прежнему.
Пока ждал приятеля у ГЗ, убедился, что машинка стоит ещё, гниёт. Лишилась фары и номера, правда.
Издали слышался рокот и отзвуки гремящей музыки с Воробьёвых. Оказалось, там сегодня было пасхальное шоу байкеров, открытие сезона. С перекрыванием Косыгина, священником, кучей ребят на мотоциклах и толпами зевак.
Прекрасный весенний солнечный день.
Сижу в Домодедове. По пути попал было в засаду в конце Ленинского, поёрзал беспокойно, водитель поругал полицию-милицию, но через минут 15 поехали вроде. К счастью, не попал ни в какие человеческие заторы. Ведь на входе в аэропорт проверяют теперь: проводят через рамку, просвечивают багаж, тщательно обглаживают тело. Я слышал, что возникали уже столпотворения на входе, хотя Домодедово мне всегда кажется немноголюдным.
Торговцы цветами взвинчены до предела. Двадцать метров пока ты движешься к метро, они засыпают предложениями роз, тюльпанов, забегают вперёд, ловят взгляд, навязывают специальные букеты. Вообще там чрезмерно активные торговцы. Помню, один раз летом в пять утра меня, ожидавшего первый троллейбус, также заподозрили в желании утреннего букетика. Группа одетых в густо чёрное с криками «Розы! Розы!» ещё издали тревожно замахала руками и поспешила навстречу.
Ещё меня всегда интересует, кто эти иностранцы, покупающие вещи в Москве? Откуда они? За что их так?
Ездил по Москве. Люди встречались вялые, болезненные, уставшие, с тяжёлым тёмным взглядом.
В метро в вагонах развесили жуткую рекламу «Цикорий в каждый дом». Непонятная настойчивость. Даже смутился.
Получил свою первую туристическую визу за последние семь с половиной лет. Воспользовался услугами итальянского визового центра. Очень удобно… ну почти так же, как я прежде миновал очереди с особыми пропусками и бумажками от послов.
В этом центре что при сдаче документов, что при получении каждый из живой очереди получает квиток с номером. На стене висит табло с непоследовательно выскакивающими числами. Все теребят свои пропуска, смотрят на выпадающие числа — ощущение, что на скачках. Тотализатор. Но вообще быстренько.
Ещё у них есть милая услуга SMS-оповещения. Мне пришло на латинице приглашение получить готовые документы за два человека до моей очереди. Чётко сработано.
Сегодня утром на Киевской у «Славянской» была прямо какая-то гоночная авария. Несколько размётанных машин, осколки ковром — всю Бережковскую почти заняли. Ещё и стюарты подъехали, так что весь транспортный поток сплотился в большой клизме. Чуть не опоздал из-за них.
Сегодня днём мне услышалось, как к человеку, стоящему рядом, обращаются «Сергей Геннадьевич». Чётко, что Геннадьевич, а вот Сергей или нет — не расслышал, но что-то прямо близко-близко. Может, конечно, Эгей Геннадьевич. А что? Вполне органично и звонко. Отличное имя для пузатых и амбициозных младенцев. Зря подзабыли.
Вообще я встречал в жизни такое совпадение моего имени и отчества только раз — у Сергея Белоголовцева. Редкая комбинация. Это вот Александров Сергеевичей по дюжине на подъезд, а нашего брата пойди поищи.
Сегодня вечером случайно узнал, что Роберто Кавалли шьёт майки для собак за 120 евро. Я удручён.
Сегодня впервые за полгода посещал новые постройки Университета. Они очень ужасные, я стараюсь даже не смотерть на них, но пришлось. Искал местечко, где можно сесть с компьютером и обсудить с приятелем ряд документов и текстов.
Я заметил, что всё стало намного более неприспособленным для людей. Апофеоз кретинизма — здание новой библиотеки — по-прежнему с трудом впускает внутрь себя людишек через жалкий боковой проход для челяди и сторожей. Главные двери с самого помпезного открытия несколько лет назад вроде так никогда и не открывались. Внутри всё до блёва блестит нищим золотом, и никого нет — мавзолей, тихая обитель смерти и вбуханных от одури денег.
Случайно на глаза попался корпоративный буклет про Университет XXI века. Это про тот, в котором туалетная бумага стала осторожно вывешиваться совсем недавно. Да и то в малых порциях, да и то в новых постройках.
А с живущими в ГЗ друзьями мы всё время шутим, что они живут в самых элитных трущобах Москвы.
И до сих пор нет бесплатного вай-фая. В XXI первом веке, блин!
А в кафе, где есть, дерут почти двести рублей за чизкейк, который оказывается замороженным до смерти пошлым советским пирожным. Это так подло!
Самое ценное в Университете — это люди. Самое страшное — что на них плевать.
Раз вечерком прогулялся я по территории Университета. Такое ощущение, что там вообще ничего не меняется. Но смотреть уже горестно. Дошёл до старого гуманитарного корпуса. Как прежде.
На кортах открыли суши-бар. Я просто обалдел.
Новые корпуса какие-то бездарные и монструозные. Кстати, теперь всё строят с паркингами. Но без будок для охранников почему-то. Они сидят на старых таких стульях металлических у входа. Жалко выглядят.
Зато внутренний дворик ГЗ вычистили с одной стороны.
А вообще как-то всё мертво.
«Я живу здесь и работаю, потому что я работаю с русским языком. Кому я там буду нужен? Да. Это моя судьба, да? Моя судьба и все. А, вот, в своей прошлой специальности историка я, конечно, мог спокойно. Мне, более того, предлагали работу на Западе. Мне было интересно в России работать. Мне как-то было интересно, хотелось работать в Московском Университете, мне казалось, что это важно, нужно стране».
Николай Усков вчера на «Эхe Москвы»
Я давно уже почти дословно ощущаю подобное. Правда, полагаю, ещё возможно поработать не только с русским языком.
Я очень много сплю, а немного прогуляться выхожу ближе к вечеру, а то и вовсе очень поздно. Летом ночью в Москве просто великолепно.
Заметил, что в последнее время в срочном порядке совершенствуют переходы, выкладывают дорожки для слепых, делают съезды с тротуаров для колясочников (иногда даже пандусы). Как-то быстренько организовали это. И не только об инвалидах подумали. Что вы! Тут даже Мичуринский проспект,
Хотя — к слову об инвалидах — все эти лифты в переходах ни хера не работают. Читали как-то ночью даже инструкцию к одному из них. Что-то там подъехать, нажать на кнопочку, дождаться работника, который прибежит и специальным ключом откроет лифт (в два-то часа ночи, ага!). А сам лифт — просто конструкция за пыльным мутным стеклом, который, видно, никогда никого и не поднял.
Случайно встретили вчера очаровательное существо в элегантнейшем наряде (конечно же, захотел подобный свитерок заиметь и себе). Оно всячески льнуло ко мне, но на фотографии с ним настоял Саша.
Стоит ли говорить, что вышедший пописать молодой собак испытал настоящий шок.
