Если найти общие моменты, по которым эти два искусства можно сравнивать, то при большей доле уважения к театру мой окончательный выбор остался бы всё-таки за кино. Хотя и там, и там случаются отвратительные работы и досадные разочарования, театру сложнее убеждить меня в происходящем. Я не люблю репетиций и излишней эксплуатации моего воображения. Меня крайне беспокоит, что со сцены кричат. Я не могу избавиться от ощущения искусственности и постановочности всей сцены. Особенно когда нарочито громко шепчут. Я непременно обращаю внимание на неживые образы, застывшие в развороченном времени реакции и действа. Я близко чувствую ненастоящее, и это сомнение меня никак не отпускает. Кино же позволяет максимально замкнуть историю в себе, оставив меня невидимым созерцателем, как при чтении книги. В кино можно не кричать и вести себя по-живому: естественно и интимно. Главное — в кино можно переснять неудачный дубль, убрать все заусенцы и помехи и таким образом вывести театральную игру на высший уровень исполнения для зрителя. Поэтому технически я всегда воспринимал кино как идеальный театр, вместе с тем высокомерно признавая его всё же плебейским искусством.

Поскольку выше я уже ввёл этот ориентир вовлечённости, то добавлю, что отпустить воображение и дать ему полную волю я могу лишь при чтении. Да, пожалуй, главное соперничество у меня бы вышло между кинематографом и литературой. Хотя соперничество, наверное, слишком жестокое слово. Это два круговорота эстетических удовольствий, попеременно утягивающих меня к себе. Они оба обладают недостающими друг другу преимуществами, которые в сумме обогащают результаты каких-то моих внутренних поисков. При этом делиться переживаниями о прочтенных книгах мне намного тяжелее и волнительнее, нежели впечатлениями от фильмов. Литературные открытия получаются слишком сокровенными и личными, чтобы решиться обсуждать их с кем-нибудь. Я даже неохотно выдаю, что я читаю в настоящий момент, будто этот секрет может выдать меня всего с головой.

Теперь — к высокому.

Одна неделя / One Week (1920)
Бастер Китон строит дом — почти как Микки Маус и его животная артель в более позднем мультике.

Пугало / The Scarecrow (1920)
Забавная беготня от Бастера Китона. Первая часть фильма с умным домом на верёвочках — это же почти Уоллес и Громит.

The Balloonatic (1923)
Здесь Бастер Китон улетает на воздушном шаре, ловит рыбу, охотится на кролика, встречается с медведем и опытной туристкой. Слишком дурашливый фильм.

Третья Мещанская (1927)
Любовь втроём. Хорошо! Я когда смотрю такие фильмы, то чувствую, что снято по-нашему, с кипяточком. Фабула проста, снято мастерски, поэтому взором сжираются быт и детали ушедшей жизни. Ещё тут можно посмотреть старую Москву. Нормальный был европейский город. Самое неприятное в фильме — это новые титры. Руки бы оборвать умельцам.

Шатнаж / Blackmail (1929)
Ранний Хичкок с набором всех его излюбленных приёмов: тот же стиль, то же напряжение, как спустя 20, 30 и 40 лет, здесь даже сразу видны сцены, воспроизведённые позднее с некоторыми изменениями. Но всё же это кино художественно выше последующих картин: Хичкок снял психологический фильм, полный мук, страхов и внутренних душевных терзаний — почти «Преступление и наказание». Я даже Достоевского решил перечитать после просмотра. Очень резкий фильм.

Табу. История южных морей / Tabu: A Story of the South Seas (1931)
На самом деле я смотрел его несколько месяцев. По чуть-чуть. Это этнографическая драма из жизни туземцев Полинезии с ними же в главных ролях — таких лент, почти документальных, немало было снято в 20-е и 30-е гг., хотя эта картина в большей степени художественная. Тем не менее много кадров-наблюдений, когда пляшут, на лодках плавают или быт показан.

Дождь / Rain (1932)
Я не так давно писал о «Сэди Томпсон». А это —вторая экранизация рассказа Моэма. Уже звуковое кино и снято немного ближе к произведению. Здесь постоянно выделяются кадры дождя — этакое погружение в атмосферно-психологический фон истории. Джоан Кроуфорд весьма удачно сыграла вульгарщину — без прикрас. Хотя в целом образы вышли более упрощёнными и стереотипными, явно уступая картине 1928 г. Всего каких-то три-четыре годы разницы, а уже действительно другой жанр. К слову, существуют и другие экранизации Моэма — с Ритой Хейворт, например, но мне она, за редким исключением, крайне неприятна на экране.

Дело о любопытной невесте / The Case of the Curious Bride (1935)
Не знаю, это мода была такая или что: люди 30-х все жутко красивые. Даже якобы нехорошие типы очень милы. Ну и всё остальное прекрасно тоже. Апартаменты вообще роскошные. Это фильм о Перри Мейсоне. В роли адвоката здесь снялся шикарный Уоррен Уилльям. После солидного и тяжеловесного Рэймонда Бёрра из сериала весельчак Уоррен выглядит безолаберным повесой и плейбоем. В принципе, весь фильм пропитан этаким легкомысленным пижонством и непринуждённостью. На сериал ничуть не похоже. Местами всё балансирует на грани фарса — в этом плане вышло, почти как с экранизацией «Мальтийского сокола» 1936 г., где всё тот же Уоррен Уилльям практически схоже сыграл детектива. Но в конечном итоге получилось прекрасное кино. Позднее я, конечно, посмотрел эпизод из сериала. При схожем преступлении история выстроена там несколько иначе. Брутальнее и тягостнее, я бы сказал, и в определённом смысле скуднее.

Они / Them! (1954)
Ну это все знают. Научно-фантастический ужастик про гигантских муравьёв. Самый крутой фильм про атаку животных-мутантов.

Мой сын Нерон / Mio figlio Nerone (1956)
Отпадная комедия из императорской жизни. Сыночек поёт, мама хочет, чтобы он воевал. И вот они спорят, подкладывают друг другу гадюк в кровать и яд подмешивают, но всё безуспешно. Вообще я решил посмотреть фильм из-за Глории Свонсон — ну тут её, конечно же, задублировали на итальянском, как и Бардо.

Город страха / City of Fear (1959)
Хорошая погоня.

Ева и мастер на все руки / Eve & The Handyman (1961)
Расс Мейер. Ранний, ещё до мегер. Продуманные кадры и съёмка — всё выдаёт в нём пока больше фотографа, а не киношника. Правда, это и не кино. Немногословное сочненькое плейбойское видео, которое забавно посмотреть разок.

Санто против зомби / Santo contra los zombies (1962)
Эль Санто — мексиканский рестлер, снявшийся в огромном количестве мексплотэйшн-фильмов. Его лицо, как у любого уважающего себя супергероя, скрыто маской. Всё так просто, но забавно. Зомби крупные, откормленные, не гнилые ничуть, вполне себе качки такие, ходят, правда, медленно, а ещё сейфы взламывают. Стрелять по ним бессмысленно, понятно, тут Эль Санто нужен.

Санто в отеле смерти / Santo en el hotel de la muerte (1963)
Тут Санто разбирается с плохим гостиничным сервисом.

Глушители / The Silencers (1966)
Мэтт Хелм, суперагент. Я писал про него. Это первый фильм о его похождениях. Куча интересных девайсов, классные дамочки в роскошных нарядах, забавно и дурашливо, только поют очень много.

Бунт мертвецов / La rebelión de las muertas (1973)
Снимут свои убогие европейские ужасы в какой-нибудь глуши, а дубляж накладывают, конечно, английский — вот в этом основной ужас, как правило, и заключается. В остальном всё обыденно: под весёлую музыку бродят бледные старики и девки в пудре. По ним среляют, а они криво улыбаются. Бунта никакого нет. Так, сатанизм для чайников.

Ночной дозор / Night Watch (1973)
Плохой саспенс. И всё время темно. Зачем темно? Постоянно темно.

Пожалуйста, не ешь мою маму / Please Don’t Eat My Mother (1973)
Вот как бывает: афиша фильма соблазняет богатством сцены, а на деле всё оказывается весьма средненько. Мужичок, страдающий от одиночества и читающий в своей комнатушке «Плейбой», покупает себе говорящий цветочек в горшочке. Всё очень мило, только цветочек оказывается плотоядным и постепенно пожирает разных глупых людей, которые заглядывают в комнату. Название фильма мало оправдано, так как мать-старушка по неосторожности будет съедена одна из первых. Кино оказалось бы намного короче, если бы не многочисленные сцены с вяло тискающимися голыми парочками, за которыми мужичок периодически подглядывает. Под конец ему удаётся найти подружку и для себя, но вот незадача: пока он снимал штаны, растение не удержалось и слопало и её. Фильм глупенький и дешёвенький. Растение хотя и забавное, но, к сожалению, не показано, как оно кушает — лишь визги и чавканье на фоне ужаснувшихся лиц.

Плетёный человек / The Wicker Man (1973)
Отлично, даже несмотря на то, что кино немножко музыкальное. Трезвый человек против стада дремучих идиотов — это всегда теребящий сюжет. Хотя такие крайние характеристики могут статься преувеличенными для персонажей из данной картины.

Женщина-якудза: расследования и пытки / Yasagure anego den: sōkatsu rinchi / やさぐれ姐御伝　総括リンチ (1973)
Круто и красочно, как всегда в pinky violence бывает. Уже и актёры все знакомые. Японцы, конечно, удивительные извращенцы — в самом распрекрасном смысле этого слова.

Тайна Бермуд / Misterio en las Bermudas (1977)
Это тоже фильм о борце Санто. Ну уже чересчур третьесортно, совсем стыдно смотреть. Какие-то мужики громоздкие ходят в масках, сидят за столиком, перетирают дела свои, на разговорчики скупы, могут прокатиться с девчонками на автомобиле — прямо отдых бандитов в Ялте.

Клуб «Завтрак» / The Breakfast Club (1985)
Видел давно обрывки. Впервые посмотрел целиком. Нормально.

Охотник на людей / Manhunter (1986)
По сравнению с «Молчанием ягнят» в этой истории меньше напряжения. Зато в эстетическом плане снято намного привлекательнее и стильнее. Ну и конечно, там очень классный нью-вейвный саундтрек. А у Петерсена такие штаны модные, что хоть сейчас на танцы.

Каннибалки из смертельных джунглей авокадо / Cannibal Women in the Avocado Jungle of Death (1989)
Хи-хи-хи! Вообще не ожидал, что такая прекрасно идиотская комедия окажется. Думал, просто девки будут голые бегать по джунглям и мужиков жрать. А на самом деле очень ироничная пародия на второсортные фильмы и феминизм. Диалоги забавные, каннибалки тоже ничего. Короче, глупая улыбка до ушей не сходила с моего лица всё время просмотра.

Бешеный пес и Глори / Mad Dog and Glory (1993)
Фильм, с одной стороны, очень приятный, а с другой — совершенно никакой.

Планктон / Plankton (1994)
Феерически крутой ужастик. Такой безумной фантазии можно только завидовать. Кадры сочнейшие. Короче, компания неразумной молодёжи отправляется вечерком на надувной лодке в море. Попадают в шторм, оказываются на таинственной безлюдной яхте с химической лабораторией на борту. Там они исследуют палубы, каюты, находят коллекцию рыб, хранящихся в специальном растворе, потом эти рыбы оказваются живыми и нападают на них, у всех по очереди начинается чудовищная мутация — в общем, отменное безумие.

Weather Woman / Otenki-oneesan / お天気お姉さん (1996)
Обалденное кино! Здесь буквально все киножанры замешаны, поскольку в фильме сплелись школьная любовь, сексуальная агрессия, коварные бизнес-игры, весёлые песенки, мистическое кун-фу, рабочая романтика, шаманизм с плётками, удивительный мир телевидения, смешной быт и эпическая схватка. Я уж было обрадовался, узнав о существовании второй части, но она оказалась вялой идиотской мутацией этой чудесной истории.

Смог выдержать несколько серий нового английского детективного сериала «Death in Paradise». Самое интересное в таких историях — убийство и его разгадка, но вытерпеть ради трёх минут финального разоблачения бездарный сериал, снятый в безобразной телевизионной манере, — это слишком большая уступка. Классического английского детектива не получилось — всё достаточно грубо и стереотипно. HD по началу всё скроет, конечно, но к высокому качеству видео постепенно привыкнешь, а к отсутствию качества содержания — нет.

Агент ФБР пытается идти по следу опасного преступника, которому дали прозвище «Зубная Фея». Чтобы поиски были более эффективны, детектив вступает в контакт с Ганнибалом Лектером, заключённым в тюремную психиатрическую клинику, с тем чтобы тот помог ему проникнуть во внутренний мир убийцы. Ну и так далее.

В главной роли (кто бы вы думали?)

Вот. Простите.
А кино понравилось. Скоро вывалю список просмотренного в январе и там про него ещё напишу.

На Патриарших катаются под Элвиса Пресли на коньках. Но я как раз поел пирогов. Мне было тепло внутри и несколько холодно снаружи, чтобы отправиться на лёд. Приятель же мой полез, правда, без коньков. Скатился по горке и чуть и не подцепил занозу у деревянного бортика.

Ещё из потрясений последней недели — это когда в маршрутке играл Кай Метов. В тот же день я чуть было не замёрз в Хамовниках, отправившись в одно место по ошибочному адресу.

— Я предполагал и рассчитывал, — замямлил он, — что письмо, пущенное уже с лишком десять дней, даже чуть ли не две недели…

Отправленое 10-14 дней назад письмо получено Раскольниковым перед убийством, да ещё и не сразу его принесла служанка. Прибавив к дню убийства пять дней больного бреда, получается, 6 дней назад. То есть дошло оно менее чем за неделю. А живут мать с сестрой в глубокой провинции: «в телеге, рогожею крытой, <…> девяносто верст» до железной дороги, а оттуда до Петербурга ещё «верст тысячу».

Менее чем за неделю. Всякий раз, когда я сокрушаюсь безобразной инфраструктурой в современной России, то часто бросаю замечание, что у нас скорости XIX в. Теперь понимаю, что я, пожалуй, был слишком поверхностен в своих оценках. XIX в. нас уделывает только так.

Ранние афиши и рекламы 50-х и 60-х гг. брали свои сюжеты всё из того же сочного и кипучего мира pulp fiction и долгое время следовали определённым цеховым привычкам, определившим стилистику работ тех лет. Всё изменилось в 1970-е гг. От начала сексуальной революции и выхода порнографии из относительного подполья к массовому зрителю и вплоть до победы компьютерной графики и глянцевых фотографий иллюстрации и шрифтовые композиции стали главным рецептом успешной афиши. Конечно, они являлись основой и прежде (наряду с простыми фотоколлажами), но качество и мастерство работ в 1970-е взлетели невероятно. В индустрию пришли деньги.

Конечно, бюджеты в порно были ниже, чем у мейнстримных фильмов, но в оформлении плакатов границы между жанрами кино в это время практически стираются. Кроме крестика с примечанием «adults only», мало что выдаёт плакат к порнофильму.

Даже при всех особенностях жанра плакаты трудно было назвать шаблонными или стереотипными. Наоборот, виден бесконечный бурный поиск новых решений, новых форм и эстетических приманок. Более того, многие находки впоследствии перенимались и мейнстримными киношниками. Например, замызганный уже к настоящему времени приёмчик с расставленными ногами на афише перекочевал оттуда же.

Можно сказать, что 1970-е стали кульминационным периодом иллюстрированного плаката. В 80-е гг. фотография окончательно одержала верх — тенденция всего кинематографа и не только. Позволить себе иллюстрированную афишу отныне могли лишь очень старательные и требовательные к мелочам люди.

Что за журнальчики читали герои замечательного фильма «Make my mink»?

«Woman’s own» — обыкновенный радостный бабский журнал с рецептами пирожков, советами для выведения прыщей и секретами обольщения неразбочивых джентльменов. В то время как «The Young Physique», как видите, подходит для более практичных дам.

Я всё время восхищаюсь «Плейбоем», но признаюсь, что было бы несправедливо не рассказать про журналы с накаченными голыми мальчиками, робко прячущимися за фикусами, шляпами и прочим реквизитом. Beefcake-издания с Адонисами, Марсами и прочими полубогами в модных плавках были не менее распространены и популярны, чем так называемые журналы для мужчин. И, к слову, не только у домохозяек, потерпевших неудачу в советах от «Woman’s own». Помните, гомосексуализм не спал, он просто прикрыл глазки.

Beefcake, или пара слов о пирожках с говядиной.
Термин бифкейк появился в конце 1940-х гг. в ответ на чизкейки — так называли девушек-моделей, предстающих на фотографиях в соблазнительных позах. Однако широкое распространение снимки обнажённых атлетов получили ещё в 1920-е гг., а своё начало этот стиль фотографии берёт в эпоху немого кино и первых секс-симоволов экрана.

Появившийся в 1958 году «The Young Physique» считался одним из самых популярных журналов подобного рода. Правда, сравнение его с «Плейбоем» было бы совсем неуместно — это настолько несопоставимые величины, что все замечания об аналогиях нелепы и даже оскорбительны. «The Young Physique» не обладал ни присущим творению Хефнера интеллектом, ни роскошью, ни красотой: напрягающиеся ребята в набедренных повязках позировали почти на каждой странице, а нехитрая реклама преимущественно протеиновых добавок, тренажёров и наборов гантель подсказывала, что основной аудиторией являлись отнюдь не домохозяйки.

По причине сравнительной маргинальности тематики журнал не отличался богатством оформления и, как я уже написал, разнообразием рекламы — то есть двигателем развития издания. Что касается обложек, то на некоторых была видна неплохая задумка, но вся идея проваливалась из-за выражений лиц перепуганных мальчиков. Их неестественно напряжённые позы смотрятся странно после приятных улыбчивых девиц. Хотя возможно, я несколько пристрастен потому, что девицы мне вообще предпочтительнее.

Бонус
Для более подробного изучения жанра на сайте Vintage muscle mags собрана большая коллекция обложек бифкейк-журналов. Подборка «The Young Physique» за десять лет его издания там тоже имеется. Кроме того, страждующие оценят прилагающийся список моделей.

От плакатов, признаюсь, ожидал большего. Вывешено всего десятка четыре-пять, не сотня, как написано у них на сайте. К тому же меня интересовали прежде всего текстовые. Хронологические рамки тоже оказались несколько шире — вплоть до 1970-х гг. Но самые классные — это, конечно, сделанные на рубеже веков, ещё имперских времён. Там даже писали зачастую на двух языках: на русском и польском. Причём русские тексты и шрифты выглядят более продуманными и тщательнее свёрстанными. По-польски иногда писали просто от руки. Вообще стиль и мотивы оформления практически не отличаются от русских, если кто видел плакаты или иллюстрации в журналах того времени. А вот по поздним годам — уже видна разница. Правда, там уже встречается много примитивных работ. Претендующий на интеллектуальность минимализм 60-х со скупой заливкой и надписями Гельветикой совсем скучно смотреть. Как и пёструю огородную инфантильность, присущую соцстранам Восточной Европы: какие-то небрежные аппликации, мультяшные очертания и глухонемая пустота фона. Короче, получилась больше выставка польского плаката, нежели польского плаката.

Потом я прошёлся немного по остальным залам. Полюбовался Ван Гогом, правда случайно пропустил Матисса (почему-то засело у меня в голове несколько дней назад, что я должен на него посмотреть, и вот же — забыл). В музее народу мало. Все музейные тётушки-работницы смотрят в окна. Причём так печально, словно заключённые.

Ещё сегодня узнал из щитка-указателя, что Кремль у нас, оказывается, музей-заповедник. Это глубоко запало мне в душу. Вообще слово «заповедник» в моём сознании, наверное, окончательно испорчено: мне сразу представляются печальные лоси, зайцы и прочие животные, которых нужно непременно защищать. Вот интересно, там хоть белки живут? А то я не был в Кремле со школьных времён.

Сегодняшнее бритьё, кажется, вышло одним из самых неприятных за последнее время — расплата за то, что забыл провести процедуру с вечера. Лицо нестерпимо жгло, несмотря на все успокаивающие бальзамы и кремы. Однако, к моему удивлению, на улице эта неприятное ощущение не усугубилось, как обычно. Поэтому в пути я спокойно продолжил утолять тягу к чтению, листая Жиля Делёза в айфоне.

По всей Москве радостно защебетали птички. Это значит, что по земле потекла снежная жижа. Но не стоит отчаиваться: в центре нашего города есть ещё места, где можно почувствовать себя полярником-первопроходцем, преодолевая непредсказуемые завалы снега цвета крем-брюле.

Основная программа встречи не заняла много времени, поэтому мы сразу перешли к пункту «разное» и отправились есть пироги. По пути встретили молодую даму в капоре. Вероятно, сбежала с репетиций из какого-нибудь театра на обеденный перерыв или за сигаретами. Возвращаясь домой, я думал, что всё-таки надо непременно сходить на выставку польских плакатов. Может, завтра…

Тарзан — супергерой моего детства, смесь Маугли и Джеймса Бонда. С первым его роднит социальное происхождение, со вторым — количество новелл, романов, фильмов и телесериалов. Две имевшиеся толстенные книги Берроуза были прочитаны мною за период с семи до десяти лет несколько раз. Ещё я помню, что в начале 90-х очень любил смотреть чёрно-белые фильмы с Вайсмюллером, где он кувыркался с разными хищными зверями, бегал с мартышками, плавал и боролся с огромной змеёй, общался в перерывах между победами над окружающим животным миром с очаровательными американками или со своими обезьянками — одним словом, он вёл активную и здоровую жизнь.

Посмотрел я тут неклассического Тарзана. Мне так афиша понравилась — в духе «Нью-Йоркера», что я быстро сел за просмотр. Где там сразу разглядишь, что «adults only»? И сборник ещё показался такой богатый: там два фильма и куча допматериалов и трейлеров.

Тарзун и долина похоти / Tarzun and the Valley of Lust (1970)
Ой, ну я не ожидал. Там все раздеваются в первые минуты… И ещё большая обезьяна… А в перерывах дикую природу показывают: львов, носорогов, антилоп всяких — Африка! Но немножко. Потом… Нет, правда, не ожидал. (Хотя, надо сказать, урезанная и скучная версия. Видно, что не все подробности нам раскрыли.)

Тарз и Джейн, Чита и мальчик / Tarz & Jane, Cheeta & Boy (1975)
Во втором и основном фильме (ну смотреть, так смотреть!) уже говорят побольше, и крокодил есть смешной, игрушечный, и лошадь, разрисованная под зебру. Да и вообще вроде весёлые приключения завязываются: на героев и дикари без штанов бросаются, и звери хищные. Но последние неохотно. Видно, животное халтурит. Тигра, например, берут подмышки и с трудом поднимают. Больше на танцы похоже, а не на схватку, но всё равно мило — тигр же! Вообще фильм нехитрый, преимущественно с генитальным юмором, но, в принципе, тоже безобидный. Конечно, я думал, эти картины окажутся содержательнее. Но определённое удовольствие они могут доставить.

Дополнительно прилагался на этом сборнике небольшой фильм про Карзина (вот вам ещё один вариант имени), в оригинале называющийся «Girls on the Rocks» (1962). В не очень удобном качестве дошёл. Куча девчонок просыпается на безлюдном пляже, рядом — инструменты. Вот они и начинают играть и петь. Большой и тупой Карзин попадается им позже в джунглях. Немножко беспорядочной погони и потасовки с недоброжелателями, которых могучий герой валит одной левой, и снова вечеринки, напитки и пляски. Беззаботное видео.

Ну и напоследок подборка коротких видео 30-50-х гг: этнографические съёмки африканских дикарей с их танцами и бытом, пигмеи, слушающие патефон, несколько винтажных съёмок на природе, а также танцевальные номера «Африка Гоу-Гоу» и «Горила и девица».

Это была женщина лет двадцати семи, полная, с красивым, но грубым лицом, в белом платье и большой белой шляпе. Ее жирные икры, обтянутые белыми бумажными чулками, нависали над верхом белых лакированных сапожек.

Сомерсет Моэм. Дождь.

Конечно, для кино вульгарный уличный образ из рассказа был переделан. Всё-таки Глория Свонсон полна неукротимой красоты и высокого стиля (хотя многие её фотографии мне кажутся чересчур резкими и керамическими). История от этого отнюдь не засахарилась, а наоборот, стала более неистовой и терзающей. Фильм, к сожалению, не сохранился целиком, и концовка была смонтирована из фотографий и титров. Но судя по всему, развязка и финальная сцена были невероятно совершенно исполнены.

Совершенно случайно выяснил, что живу уже не в Москве, а в Московской агломерации. В принципе, наблюдая различные районы с безобразными новостроенными кварталами, последнее время я всё больше начинают бурчать про себя, что Москве неплохо было бы остаться в границах до 1960 г., а не пожирать безрассудно маленькие городишки. Может, выросла бы тогда нормальная ветвистая агломерация, как в Европе, а не тяжёлый неповоротливый город. А тут ещё чьё-то недавнее жадное озарение, связанное с монструозным проектом по дополнительному присоединению к Москве бескрайних земельных угодий, которое ничего, кроме слёз и отчаяния, не вызывает. Нет, кому-то, наверное, приятно обитать где-нибудь на осколках Одинцова и считать себя москвичом, но даже тщеславием эту уродливую гигантоманию сложно оправдать.

Все прекрасно видят, что это апрельский выпуск «GQ» за 1984 год с Джереми Айронсом на обложке.

А когда следующей ночью бедолага за свою неумеренную жестокость поплатился жизнью, то на журнальном прилавке уже наступило лето.

Из всего богатства периодики здесь выделяются июньский «Vogue» с Изабеллой Росселлини и июльский «Playboy» с Бо Дерек.

Вот так всё выдают детали. Позднее я ещё немного расскажу о своих занудных кинонаблюдениях.

В фейсбуке есть такая мода: выкладывается какая-нибудь невыносимо праздничная поебень с елочками и снежинками, вносятся все имена друзей, а потом три тыщи человек заходят со своими счастливыми откликами и радостными лайками. Ведь если каждый не напишет стотысячный раз своё заклинание, то Новый год может и не наступить. А тебе соответственно сыпятся уведомления, что там кто-то про тебя что-то сказал. Ну раз сказал, надо срочно узнать, что говорят, — это ж интересно и важно, когда про тебя. Поэтому всякий раз заходишь и только расстраиваешься.

В тумблре почти в каждом блоге есть сиськи. Причём сиськи скучные, безвкусные и одни и те же, но их перетаскивают в свои укромные бложики по сто тысяч раз. Если в блоге нет сисек, то вряд ли тебя будет читать более дюжины человек. Даже не надейся.

Зачем нужен Гугл+, я пока не понял.